Как ЕС сможет помочь Мариуполю в решении экологической проблемы. Интервью с Катариной Матерновой, главой Группы поддержки Украины

Новый транспорт, отремонтированные школы и детские сады, глобальные реконструкции парков… Значительная часть преобразований, которые происходят за последние 5-6 лет в Мариуполе, осуществляются при финансовой поддержке Европейского Союза. Но как принимаются решения о поддержке? Кто определяет, чем, как и в каком объеме помогать?  На днях Мариуполь посетила глава Группы поддержки Украины в Европейской Комиссии, заместитель генерального директора генерального директората Европейской комиссии по политике добрососедства и переговоров по расширению Катарина Матернова. И у журналистов 0629 была возможность пообщаться с пани Катариной и обо всем ее расспросить.

Фото — телеканал Дом

— Кто вы есть – Группа поддержки Украины? 

— Я действительно состою в той части Европейской Комиссии, которая работает со странами Восточного партнерства и странами, которые задействованы в расширении ЕС, которые имеют намерения вступить в Евросоюз. 

В рамках Восточного партнерства мы сотрудничаем с шестью странами. Занимаемся тем, что разрабатываем программы поддержки, в том числе финансовой, для всех этих стран. Украина  -единственная среди всех этих стран за пределами Европейского Союза, для которой была создана специальная рабочая группа  «Группа поддержки Украины». Она была создана после Майдана из-за важности Украины. Достаточно посмотреть на карту, чтобы понять, насколько важна Украина для Европы, и наоборот – почему Европейский Союз так важен для Украины.  

Мне кажется, это была очень правильная визия. «Группа поддержки Украины» позволяет нам вести отраслевые диалоги между Украиной и ЕС, привлекать к работе представителей других директоратов Еврокомиссии, таким образом у нас есть больше экспертных знаний и больше возможностей, чтобы помогать Украине проводить реформы.

— Европейский Союз утвердил новую программу поддержки Украины на 2022 год. Предусмотрена ли помощь восточному региону Украины в рамках этой программы?

— Мы панируем нашу поддержку и помощь Украине на ежегодной основе. Это часть нашей системной работы. Помощь ЕС Украине  имеет несколько разных аспектов. Мы поддерживаем реформы правительства  в сферах управления, судебной системы, в сфере государственного управления. Поддерживаем развитие и диверсификацию экономики, оказываем помощь малым и средним предприятиям. Мы даем помощь на развитие инфраструктуры малых и больших городов. И в этом контексте мы имеем конкретную помощь и востоку Украины, в том числе Донетчине – и на экономическом уровне, и на уровне помощи гражданскому обществу. Выделяем существенную помощь для развития независимой журналистики, на борьбу с гибридными угрозами и дезинформацией. Кроме того, мы оказываем помощь и местным громадам, в рамках реформы децентрализации.

Много внимания уделяем более глобальным проблемам, например, декарбонизации и борьбе с изменениями климата. Это один из вызовов в дополнение к вопросам безопасности, которые так остро стоят в Украине. Охрана окружающей среды – это одна из ключевых угроз будущему нашей планеты.

Еще одни момент  — это помощь в сфере охраны здоровья, усиление существующей системы здравоохранения в Украине и борьба с ковидом.

Это не означает, что все эти направления поддерживаются каждый год. Но поскольку у нас это планирование происходит ежегодно, я и очертила  круг вопросов, которыми мы занимаемся.

— Известен ли уже объем финансирования программы на 2022 год?

— Точная сумма помощи на 2022 год еще окончательно не определена. Как правило, мы выделяем грантовые средства в размере 200 миллионов евро. Но мы используем часть этих денег для такого механизма, когда мы сотрудничаем с международными финансовыми институциями, чтобы их кредиты для Украины были дешевыми. Таким образом мы можем мобилизовать больше денег. Например, сотрудничество с Европейским инвестиционным банком, который реализует в Мариуполе большую инвестиционную программу. Кредит в рамках этой программы дешевле для местной власти, благодаря финансовой помощи ЕС. Поэтом сумма помощи, которую мы озвучиваем, она кажется меньше, чем она есть на самом деле, благодаря этим кредитам.

Кроме того, мы оказываем макрофинансовую помощь – помогаем непосредственно бюджету Украины. В прошлом году, например,  Украине был предоставлен кредит по очень выгодным ставкам, практически под 0% годовых. И это пакет в размере 600 млн евро.

— Насколько эффективно расходуются эти деньги?

— Мы не даем деньги напрямую. Как правило, деньги направляются под конкретные проекты через  международные  организации и международные финансовые институции, которые реализуют наши программы. Таким образом мы наперед определяем, как должны тратиться эти деньги.  И, конечно, мы контролируем, как они используются.

— Вы упомянули о важности декарбонизации и в целом работы по улучшению состояния окружающей среды. В Мариуполе это серьезная проблема. Мариупольский муниципалитет зависим от Рината Ахметова, владельца мариупольских заводов — загрязнителей окружающей среды. Ахметов имеет финансовое влияние на работу муниципалитета. В такой ситуации не приходится рассчитывать на лоббизм в решении проблемы экологии на местном уровне. Есть серьезное противодействие в принятии экологических законов, отвечающих стандартам ЕС, в Верховной Раде. Как Евросоюз мог бы помочь в решении этой проблемы? 

—  Как раз перед поездкой на юг и восток Украины, в среду (22 сентября – прим.ред.) состоялся второй диалог в рамках  того, что мы называем «Европейский зеленый курс». И на этой встрече я председательствовала со стороны ЕС, а со стороны Украины была вице-спикер Ольга Стефанишина. Участие Украины в «Европейском зеленом курсе» — это комплексный способ привлечь вашу страну к созданию системы  зеленого производства, подтолкнуть на путь декарбонизации. Это сложный путь не только в Украине. Это везде очень сложно двигается. Сложный процесс, потому очень много больших загрязнителей должны изменить свой менталитет и сделать значительные инвестиции в модернизацию, изменить свое производство и потребление энергии на более экологический способ. Поэтому мы стараемся поделиться лучшими европейскими практиками и помочь Украине. Начать внутренний диалог и дискуссию, который бы запустил эти процессы внутри страны. 

Это не случится за одну ночь. Это не просто. Это очень дорого. Это касается очень многих активов, которые застряли в очень экологически опасных, закарбонизованных производственных практиках прошлого. Поэтому мы очень надеемся, что обмен информацией и лучшие достижения, примеры и давление, которое также будет осуществляться со стороны законодательства ЕС вместе с финансовой помощью Европейского Союза, поможет этому переходу.

И чтоб завершить эту тему.   Вы спрашивали, возможно ли как-то повлиять на загрязнителей со стороны Европейского Союза. Процесс перехода на зеленое производство происходит на общегосударственном уровне и также является частью международных обязательств Украины.

В Европе должно произойти то, что мы называем КС-26 (конференция сторон), на английском это звучит COP-26 в Шотландии в рамках международного соглашения об углеродной нейтральности. Украина – часть этого процесса. Поэтому это будет важно для Украины как государства делать высокой для загрязнителей цену на углерод и внутренне осуществлять давление на больших загрязнителей, чтобы они инвестировали в зеленое производство.

— Вода – еще одна глобальная проблема для востока Украины. Она становится не только социальной проблемой, но и рычагом политического давления со стороны оккупантов. Воды – мало. Сети, по которым она поставляется, – в ужасном состоянии, происходят огромные потери питьевой воды, а ее цена для населения очень высока. Красный Крест заказал экспертизу, сколько денег и времени нужно для того, чтобы восстановить «Воду Донбасса» и Южно-Донбасский водовод. Это невообразимо огромные деньги. Как вы считаете, стоит ли модернизировать эти старые системы или лучше решать проблему по-иному, строя новые очистные станции и системы подачи воды?

— Мы обсуждали во время нашего визита вопрос поставки чистой воды, особенно питьевой воды в регионе. Это та сфера, где мы готовы помогать. Но надо изучить, что можно сделать. Я не готова сейчас отвечать, что лучше – реконструировать старое или построить что-то новое, потому что я не эксперт в этом вопросе. Нужна экспертиза. Но безусловно мы готовы помогать в том, чтобы выявить, какая опция наилучшая, и двигаться в этом направлении.

— Недавно украинское правительство утвердило стратегию экономического развития Донецкой и Луганской областей. В этой стратегии важное место отведено инвестициям, в частности иностранным. Насколько реалистичны планы украинского Кабмина?

— Я думаю, есть несколько аспектов улучшения экономики в регионе. Первое —  это инфраструктура и изучение потенциала региона. Например, не использован туристический потенциал этого региона Украины. Второе – это бизнес-климат и отсутствие коррупционных практик. Это то, что касается правил ведения бизнеса. Третье – это наличие денег. Четвертое – бизнес-обучение и дух предпринимательства. В той части страны, которая находится под доминированием мега-предприятий, — это тот вопрос, в который нужно инвестировать. Вкладывать средства в живое измерение, в предпринимательскую динамику. 

Мы со своей стороны для привлечения инвестиций можем помочь нашей программой «Гарантии». Это специальная программа для европейских инвесторов, которая позволяет снижать риски инвестиций за рубежом.

Кроме того, зеленая трансформация, о которой мы с вами говорили, она также может помочь, если будет надлежащим образом реализовываться. Именно зеленая трансформация может быть одним из тех каналов, через который можно обеспечить предпринимательский динамизм, потому что нужно будет делать инвестиции в разные сферы, в декарбонизацию, энергоэффективность и так далее. И это действительно может помочь. Это может быть одним из двигателей развития экономики региона.

Украина до этого времени не была успешной в деле привлечения инвестиций, и частично это связано с тем, что большая приватизация в стране только начинается. Другая причина – это восприятие бизнес-климата в Украине, обязательность в исполнении заключенных контрактов, судоустройство – все это оценивалось европейским бизнесом очень плохо.

Сложно привлечь инвесторов, если они не чувствуют безопасности своих инвестиций. Нужна реформа судебной системы. Она напрямую влияет на инвестиционный климат в стране. Поэтому мы так акцентируем на необходимости проведения реформ. Потому что это ключевой вопрос.

— В целом, как вы оцениваете ситуацию на юге и востоке Украины? Какие ваши впечатления от поездки?

— Мы были в Бердянске вчера (23 сентября – прим.ред.), сегодня (24 сентября – прим. ред) — в Мариуполе. И на самом деле мы увидели значительный динамизм в развитии. Есть интерес в вопросах Европы и у представителей власти, и у гражданского общества, и у молодежи (в Бердянске мы встречались со студентами). 

Я бы сказала коротко так: у региона есть огромные возможности, но в то же время – очень значительные вызовы.

Беседовала Анна Романенко 

Источник