КПВВ в Донецке и Берлинская стена. Что их объединяет, — ФОТО

В оккупированном Россией Донецке провели перепись населения. Однако результаты ее засекретили.

Как заявил в эфире местного телеканала назначенный РФ глава самопровозглашенной «народной республики» Денис Пушилин, «результаты переписи населения не коррелируются с той реальностью, в которой мы живем». Это дословная цитата, которая в переводе на понятный язык могла бы звучать так: «Мы настолько офигели от результатов, что даже сами испугались, и сказать правду мы вам не можем, иначе вы тоже испугаетесь и быстро присоединитесь к тем, кто уже уехал».

А правда заключается в том, что в ОРДЛО идет массовый отток людей. Уезжают в разные места. Кто-то в Украину, кто-то в Россию, кто-то в Европу. На территории оккупации все меньше остается трудоспособного населения. А это означает – медленное вымирание этих территорий.

Аналогичные процессы на самом деле не уникальны. Равно как и меры борьбы, которые предпринимают оккупационные власти, чтобы удержать людей. В 50-60-х годах прошлого века коммунистическая Германия столкнулась с той же проблемой. С 1949 до 1961 год из социалистической ГДР  в свободную капиталистическую ФРГ выехали 3,5 миллиона(!) человек. Люди не хотели жить в социалистическом «концлагере». А ФРГ никогда не признавала ни саму ГДР, ни  ее документы. Поэтому, чтобы, так сказать, эмигрировать, достаточно было просто перейти улицу, зайти в паспортный стол ФРГ и оформить паспорт.

ГДР теряла рабочие руки, и тогда коммунисты решили укрепить стены своей идеологической тюрьмы вполне реальной стеной. Ограждение соорудили всего за одну ночь. Люди проснулись, окруженные колючей проволокой и временной стеной. Молодежь, которая по ночам бегала в ночные клубы западного Берлина (в восточном Берлине таких просто не существовало), не смогли вернуться домой. Некоторые люди, живущие в восточном Берлине, а работающие в ФРГ, тоже не смогли вернуться в свои семьи после рабочей смены. Известен случай, когда пограничники ГДР отказались пропустить через заграждение ребенка к родителям. Малышка гостила у бабушки с дедушкой в западном Берлине. Родители девочки рыдали, просили вернуть им дочь, но садисты в погонах были непреклонны.

Так начиналась Берлинская стена, которая просуществовала долгих 28 лет. Коммунисты строили ее основательно: одна стена, мертвая зона с заградительными сторожевыми постами и собаками, потом еще одна, более высокая стена.

Фото — Berliner Mauer Fotos

 Это со стороны ФРГ возле стены кипела жизнь (на фото 0629 — панорама Берлинской стены).

А вот со стороны ГДР под стеной была мертвая зона. Коммунисты планомерно сносили здание за зданием вдоль стены, чтобы люди не могли даже смотреть друг на друга из-за заграждения.

На этой неделе, 9 ноября, в Германии праздновали день падения стены и начало воссоединяя страны. Хороший повод вспомнить об этом и провести некоторые исторические параллели с тем, что происходит сегодня на востоке Украины.

Когда на территории оккупированных Донецка и Луганска впервые осознали, что демографическая ситуация становится критической, стали постепенно ужесточать правила пересечения линии соприкосновения со свободной Украиной. А потом случился ковид, и это стало удобным поводом для того, чтобы полностью, категорически, силовым приказом, закрыть в одностороннем порядке все КПВВ.

Справедливости ради стоит отметить, что весной 2020-го и Украина, испугавшись непонятной инфекции, также закрывала со свой стороны контрольно-пропускные пункты, но быстро разобравшись в ситуации, отменила это решение. В Кремле же решили ничего не отменять и воспользоваться коронавирусом, чтобы построить «стену» между Украиной и захваченными территориями.

Как и когда-то в Берлине, дончане в один день оказались отрезанными от своих родных – от родителей, бабушек, дедушек. Уже почти два года многие семьи не могут воссоединиться. Бизнес, конечно, быстро перестроился и стал предлагать очень длинные и слишком дорогостоящие туры из Донецка через Россию в Мариуполь и обратно. Но позволить себе финансово такие поездки могут лишь единицы. Да и безопасными их нельзя назвать. Очень много рисков.

Люди, которые и сейчас остаются отрезанными на временно оккупированных территориях, говорят в частной беседе, что отсутствие свободы передвижения – это самый большой раздражитель в ОРДЛО на сегодняшний день. Говорят, что можно смириться с отсутствием банковской системы, низкими зарплатами, комендантским часом. Но смириться с тем, что ты не можешь поехать проведать свою дочь в Мариуполь, — невозможно.

В восточной Германии тоже с этим смириться не могли. Люди периодически предпринимали попытки бежать через стену, рыли подкопы. 230 человек были расстреляны пограничниками ГДР при попытке бежать в ФРГ. Сейчас возле здания Бундестага стоит мемориал в память об этих людях. 

Только пяти тысячам счастливчиков удалось вырваться из советской оккупации. Чтобы как-то объяснить своим гражданам, почему им нельзя видеться с родными, в ГДР придумали историю о фашистах, которые якобы окопались в ФРГ. И, мол, посещение западной Германии опасно для жизни.

Вокруг Донецка условная стена, конечно, не такая прочная, как была в Берлине, но вот страшилки, которыми кормят людей в ОРДЛО,  объясняя, почему им нельзя в Украину, — ничуть не изменились за последние 50 лет. По мнению коммунистов-пропагандистов, в Украине, как и когда-то в ФРГ, живут одни фашисты, которые распинают мальчиков, пожирают снегирей и насилуют женщин-эпилептичек на блок-постах. 

Условная стена между Донецком и свободной Украиной существует уже два года. Сможет ли она продержаться так же долго, как и берлинская?

Опыт Германии говорит о том, что стены рушатся, когда у диктаторов, заинтересованных в ее существовании, заканчиваются деньги на поддержание стены и запертых за нею людей.

На фото 0629 — самое знаменитое граффити на сохранившемся куске Берлинской стены.

ГДР никогда не хватало финансового ресурса, чтобы конкурировать с капиталистической экономикой ФРГ и свободным рынком.  

«Поначалу нам все время пытались показать светлое, прекрасное будущее, строили сразу после войны красивые дома, чтобы убедить — именно при социализме возможен рай на земле. Но уже в 80-е годы всем стало абсолютно понятно: рая не будет, и у наших детей нет здесь будущего.

 В отличие от Северной Кореи, мы не жили в информационном вакууме. Мы были информированы о том, как живут за стеной. И мы понимали: будущее — там», — поясняла нам во время визита в Берлин фрау Анна, наш экскурсовод.

Фрау Анна родилась и выросла в ГДР. Она честно признавалась, что далеко не все там были против социалистической системы. Например, она рассказала про одного своего знакомого, который долго добивался возможности эмигрировать в ФРГ, но когда добился своего, прожил в ФРГ недолго и попросился обратно. Дело в том, что капитализм заставляет конкурировать. И это единственный путь к успеху – учиться, расти, становиться профессионалом, добиваться целей, доказывая, что лучший в чем-то. А при социализме в ГДР ничего не нужно было. И вся жизнь сводилась к тому, что можно было ничего не делать, валять дурака на работе, а все проблемы перекладывать на государство. Да, денег много не заработаешь и мир не посмотришь. Но, не всем это и надо.

Тем не менее, большая часть немцев в восточной Германии страстно мечтала, чтобы стена рухнула, чтобы Германия стала единой, а уровень жизни восточных и западных немцев сравнялся.

Так что не было ничего удивительного в том, что в  1989 году именно восточные немцы первыми взялись за кувалды и отбойные молотки, разламывая на кусочки ненавистную преграду, разделявшую страну.

Почему же разломать стену стало возможно в 1989-м и было невозможно еще годом ранее?

На фото — музей Чекпоинт Чарли в Берлине.

Все дело в экономике. Плановая социалистическая экономика показала полное фиаско по сравнению с капиталистической экономикой. ГДР нуждалась в постоянной финансовой подпитке извне. Частично социалистической Германии помогали западные немцы. Дело в том, что западный Берлин был островом на карте ГДР. Чтобы обеспечивать жизнедеятельность города, правительство ФРГ тратило огромные деньги, доставляя по специальному коридору грузы. Дорога жизни была транзитная, она охранялась автоматчиками ГДР. Останавливаться машинам было нельзя ни на секунду. В общем, были сложности. Особенно с доставкой скоропортящихся продуктов. И вот тут включалась нелегальная торговля между западным Берлином и ГДР. (Ничего вам не напоминает эта ситуация?)

Покупая молочку  и мясо,  западные немцы стимулировали экономику своих социалистических соседей. 

Но главным спонсором ГДР был, конечно, Советский Союз, который постоянно подпитывал ГДР деньгами (в ущерб своим собственным гражданам, конечно). Пока в самом СССР не случился кризис. 

В конце 80-х в стране Советов начались процессы, приведшие к распаду государства, а экономически Советский Союз настолько ослаб, что не мог больше кормить страны соцлагеря.

Экономическое положение ГДР стало настолько плачевным, что коммунисты вынуждены были идти с протянутой рукой к правительству ФРГ. «Проклятые капиталисты и фашисты» согласились оказывать финансовую помощь ГДР на условии ослабления политического режима и правил пересечения КПВВ. Решение это в ГДР принималось на фоне охвативших страну протестов. Люди требовали реформ, свободных выборов, воссоединения Германии. (Обратите внимание, что пока режим был силен и имел финансовые ресурсы для силового удержания порядка, никаких протестов в стране не было).

9 ноября 1989 года правительство ГДР утвердило новый режим выезда из страны: теперь можно было подавать заявки на эмиграцию в ФРГ, также разрешались 30-дневные поездки в Западную Германию, но для этого нужны были паспорт и виза. Так власти страны надеялись избежать ее мгновенного опустошения: паспорта были лишь у 4 млн из 16,6 млн жителей ГДР. Новый режим должен был вступить в силу на следующий день, 10 ноября, чтобы паспортные столы успели подготовиться к наплыву людей. Но спикер правительства ошибся и сказал, что решение вступает в силу незамедлительно. 

Уже ночью тысячи людей по обе стороны Берлинской стены двинулись навстречу другу, и заборы пали под давлением людей. Спустя год Германия праздновала свое полное  — уже официальное – воссоединение.

Фото — DW

Случится ли это когда-то и с Украиной? У нас лично нет в этом никаких сомнений. Экономическая ситуация в ОРДЛО ухудшается. Работоспособное население выезжает, не видя будущего там для себя и своих детей. Промышленные предприятия не могут перезапустить работу, будучи отрезанными от сырья и рынков сбыта. Ситуацию усугубляет ковид, который буквально выкашивает население на оккупированных территориях. Согласно той статистике, которую публикуют оккупационные СМИ, за один только октябрь в Донецке умерло от коронавируса около 2000 человек – это больше, чем в Мариуполе за все время пандемии.

Пока что никаких протестных волнений в ОРДЛО нет. Их и не будет, до тех пор пока  Россия спонсирует террористов и у них есть материальный ресурс оплачивать работу карательных и силовых органов. И никакие успехи свободной Украины этот статус-кво изменить не смогут. 

Но все может перемениться в одночасье, не так ли? В январе 1989 года Эрих Хонеккер, генсек ЦК Социалистической единой партии Германии, публично заявлял, что Берлинская стена будет существовать и через 50, и даже через 100 лет. Она пала уже через год. Вместе с Советским Союзом.

Думается, что стена между Донецком, Луганском, Крымом и свободной Украиной тоже падет вместе с башнями Кремля. Нам надо просто не уставать долбить эту стену.

Анна Романенко

Источник